Он немного повернул голову в сторону Лилиан Моро — жест, который вполне мог бы остаться незамеченным. Однако та, видимо, почувствовала, что говорят о ней, и, внезапно подняв глаза, встретилась с Тимоти взглядом.

Шум в комнате, казалось, стих, словно все присутствующие вышли и оставили их одних. Лицо Лилиан стало серьезным и слишком, с его точки зрения, задумчивым для такой особы. Тимоти вдруг с опозданием понял, что за этой смазливой внешностью есть и мозги, и в этот момент они напряженно работают.

Зачарованный, он поднял бокал и сделал большой глоток виски. Но вовсе не янтарная жидкость вызвала внезапный пожар в его крови. Ее необходимо поставить на место, с яростью подумал Тимоти. Откуда она только свалилась на его голову и кто позволил ей нарушать привычный ход событий своим легкомысленным поведением? И что случилось с ним? В то время как одна его половина отвергала любую форму вмешательства этой женщины в его жизнь, другая испытывала внезапный порыв примитивного желания.

Тимоти еле слышно выругался и влил в себя остатки виски.

— Пойду проверю, все ли в порядке в южном крыле, — бросил он Рили. — Полагаюсь здесь на тебя, зная, что ты в любой ситуации не забываешь о работе.

— Когда я тебя подводил, Тим? — мягко спросил Рили, по-прежнему не сводя глаз с этой Моро.

Она, видимо, устала сверлить Тима взглядом и, отвернувшись, даже не заметила его ухода. Испытывая непонятное разочарование, он зашагал в сторону столовой.

Блики пламени от огня, горящего в большом камине, плясали на серебряных и хрустальных поверхностях. В дюйме от каждой тарелки пирамидкой высилась белоснежная салфетка. Букет из хризантем и остролиста окружал канделябр, высившийся в центре стола. Безупречно сервированные блюда с закусками выстроились на буфете из розового дерева, который он купил на распродаже имущества одного отеля. Двенадцатифутовая благородная ель сияла разноцветными фонариками.